oleg_volkov (oleg_volkov) wrote,
oleg_volkov
oleg_volkov

Category:

Дмитриевская сотня 2021.

За неделю перед проведением забега прошёл сильнейший снегопад с метелью, и вся сотенная трасса оказалась полностью завалена снегом. При такой снежной обстановке для подготовки трассы совершенно бессмысленно идти одной большой колонной в одном направлении. Правильнее действовать небольшими группами, стартующими с разных точек. Всего за одну неделю после снегопада по разным участкам трассы было сделано пять выходов небольшими группами. Благодаря этому, не смотря на то, что снегокаты в лес практически не совались, нам самим удалось полностью подготовить весь маршрут. Причём подготовка петли оказалась даже значительно лучше, чем в предыдущие годы.
В субботу, 13 февраля, сразу после и во время снегопада группа Бахвалова копала траншею в снегу на петле, а группа Булычёва копала траншею им навстречу от Берёзок до Рыгино. В воскресенье, 14 февраля группа Данилова прошлась по засыпанным на полях следам группы Булычёва и притоптала основу.
В среду на маршрут вышла наша группа из 5 человек. Сначала мы прошлись по петле, заново протропив почти полностью заметённую с субботы лыжню. Было красивое солнечное утро. Освещаемые солнечными лучами снежные шапки ёлок искрились на голубом фоне неба. Лес был раскрашен в белые и зелёные цвета. Мы вспомнили былые времена, и протропили под палки длинные подъёмы от Гудинского и Фединского ручьёв и подъём к урочищу Елизарово. Мы слегка пожадничали и решили не ограничиваться петлёй, после Рыгино повернув в сторону Берёзок. Когда устраивали обед на Раковском проспекте в месте его пересечении Каменкой, мы прочувствовали мощность снеговой подушки. Ходить по лесу без лыж с дровами для костра было очень сложно. Проваливаться в снег местами приходилось почти по пояс.
После обеда по основе в лесу было комфортно ехать. Но на всех полях от новой Ленинградки до Берёзок лыжня оказалась полностью заметена снегом. Пришлось вечером к концу похода активно включаться в тяжёлую тропёжку, чтобы успеть на удобные электрички около 19-30, после которых следует большой перерыв. Тогда, в темноте, при крепчающем морозе, меся лыжами по глубокому пушистому снегу, мы наслаждались обворожительным видом горящих фонариков на Тереховском поле. После пересечения старой Ленинградки снова продолжилась тропёжка в полный профиль, пока перед входом в лес мы не нащупали заметённую основу лыжни. Время до электрички таяло как весенний снег, а мы продолжали тропить.
На последнем поле перед Берёзками полностью заметённые снегом следы от лыжни и бураньих следов были практически не различимы. Лишь небольшие неровности, местами проступающие на гладком снежном покрывале, выдавали их. Фонарик у нас был один на троих. Пришлось, меняя направление освещения снега и выщупывая на ходу лыжами заметённую основу, ломить на электричку. Пар от нашего дыхания оседал на нас, и к электричке мы прикатили белёсые и сверкающие в свете фонарей от покрывавшей нас пушистой снежной изморози.
Богатый на тропёжку день не прошёл бесследно. Если уже на следующий день после White 2021 я был бодр и свеж, то после всего то 50 километров, пройденных в среду, усталость чувствовалась до субботы. А в понедельник уже сотня.
В пятницу по петле прошла группа из 5 лыжников под руководством Шефа, ещё раз прокатав основу и протропив под палки ещё несколько участков, идущих на подъём. А в воскресенье по петле прошла группа Александра Зиброва.
Благодаря такой основательной подготовке трассы тропёжки в этот раз на сотне не ожидалось. Но ожидать лёгкой прогулки тоже не стоило. На день пробега похолодало. Утром было около -20, днём лишь слегка потеплело до -15, и с 14 часов уже снова начало холодать. После наступления темноты показания температуры на градуснике стремительным домкратом покатились вниз. К утру на месте обеденного костра в Рыгино на градуснике было -37. На значительной части дистанции лыжня представляла собой канаву в снегу. Под палками было более полуметра рыхлого пушистого снега, поэтому полноценно отталкиваться ими не получалось. Хорошо, что при таком холоде намазать лыжи так, чтобы они работали, не сложно. Ведь подавляющую часть дистанции пришлось идти в основном за счёт работы ног.
Участники стартовали с разных электричек. Одним из первых в компании нескольких человек в 7-17 на лыжню вступил Лёша Саватеев, замерзавший потом на протяжении всех следующих 15 часов. Большая группа из 20 участников вышла на трассу со следующей электрички в 7-58. Ещё пятеро стартовали в 8-18. Следующие 10 участников, и я в том числе, встали на лыжи в 8-58. Последним стартовал Шурик Погорелов в 9-43.
При выходе из электрички мы с Антоном увидели Мишу Венедиктова, который приехал к месту старта на машине. Так втроём мы и покатили. Скорость Миши с Антоном была немного выше моей, и я в лесу выпустил их вперёд. Когда лес кончился, они были впереди уже метров на 100. И тут я понял свою ошибку. Светофор при переходе старой Ленинградки, включающийся после нажатия на кнопку, после того, как закончится переход пешеходов, делает паузу примерно в минуту, даже если сразу же снова нажать на кнопку. Терять минуту на ожидание повторного включения светофора меня не устраивало. Пришлось немного ускориться и догнать Мишу с Антона, в результате старую Ленинградку мы переходили втроём.
После дачек они медленно ушли вперёд, и я остался один среди замороженного леса. Лыжи нормально работали, палки же проваливались. Нормально толкаться получилось только на кабельной просеке, вдоль которой шли бураньи следы. Но скольжения там не было совсем.
До Раковского проспекта на лыжне почти никого не было. Потом я начал догонять участников, стартовавших с предыдущих электричек. После пересечения первого Субыча они остались сзади, и я снова поехал один через заснеженный лес. Не было никаких звуков, кроме скрипа палок, втыкающихся в промороженный снег. Только огромные сугробы снега и лыжня в виде канавы, траншеей уходящая вдаль. Периодически замерзали руки, и их приходилось отогревать, двигаясь только за счёт работы ног.
На обеденном костре горели жаркие костры, царило радостное веселье, и костровая бригада помогала участникам пробега восстановиться после прохождения стартового участка. На петлю уже укатило несколько человек. Долго рассиживаться я не стал, поел кашки, мазнул лыжи и уехал. В этот раз петля была пустынна, в самом начале я обогнал Авдотьина, а на Воробьёвском обходе Шефа с Днестровским. Шеф отстал сразу, а Лёша до спуска к Гудинскому ручью держался чуть сзади. Лыжи ехали весьма посредственно, благодаря этому все спуски были на редкость безопасными. По свежему рассыпчатому снегу лыжи шли как по вате. Там, где на спусках обычно, по возможности гася скорость, всё равно летишь, гремишь и на скорости вписываешься в повороты, в этом году можно было комфортно скатываться вниз, отталкиваясь палками для увеличения скорости.
Тягуны, расположенные на второй половине петли, обычно сильно изматывают. Особенно это чувствуется в тёплую погоду, когда лыжи не работают, а палками оттолкнуться не от чего. Тогда подъёмы как асфальтоукладочный каток проходят по участникам, оставляя их в измождённом виде и подавленном состоянии. Когда участник из последних сил бесконечно долго всползает на эти подъёмы, у него обычно уже совершенно не остаётся сил, чтобы посмотреть по сторонам. А ведь на петле есть несколько обзорных точек, откуда открываются великолепные виды на долину Лутосни. Чтобы окончательно довести участников пробега до состояния полной кондиции в самом конце петли разместилось урочище Елизарово. Там почти всегда лыжня бывает заметена снегом и приходится тропить. Причём, не только идущим первыми, но, зачастую, и тем, кто идёт за ними. В лесах лыжня сохраняется, но на Елизаровском поле почти всегда дует ветер, часто встречный.
В этом году благодаря отличной подготовке петли подъёмы выглядели белыми и пушистыми. Лыжи работали, под палки была протроплена основа. Можно было идти и смотреть по сторонам. На голубом, зимнем небе светило солнце, на зелёных ёлках искрился совершенно белый снег, и с обзорных точек были видны окрестности на много километров вдаль.
Даже не смотря на лёгкость прохождения петли в этом году при выходе на Елизаровское поле мне уже порядком надоело постоянно толкать вперёд не едущие лыжи. Хотелось почувствовать скольжение, встать на накатанную лыжню и покатить вниз, отдыхая на спуске. До этого счастливого момента мне оставалось уже совсем немного. Нужно было только дождаться развилки петли, откуда при возвращении с петли обычно начинается лыжня, накатанная всеми уже вышедшими на петлю участниками. С каждым шагом я приближался к этому счастливому моменту. Накатанная лыжня манила меня как хрустальная карета в сказке про Золушку. Время перестало существовать, окрестные деревья проезжали мимо меня как в окне поезда, звенящая тишина заполнила всё вокруг. И вот, когда до хрустальной кареты осталось каких то 10 метров, я очнулся от резкого противного визга. Когда я уже видел накатанную лыжню, по которой я собирался покатить к обеденному костру, прямо передо мной возник снегокат. Он проехал снизу, свернул на охотничью просеку, обдал меня бензиновой вонью, и превратил хрустальную карету жёсткой накатанной лыжни в тыкву снежного месива, над которым повисли клубы вонючего бензинового дыма. Вместо того, чтобы катить вниз по лыжне, пришлось тропить по рыхлой снежной каше. Это был удар ниже пояса. За целую неделю ни один снегокат не прошёл по подавляющей части трассы, а здесь перед самым носом во время пробега взял, да и закатал готовую лыжню.
При втором приходе на обеденный костёр я застал там Ваню. Будников уже давно убежал на финиш, Антон с Мишей вскоре тоже уехали. Холодало, и было понятно, что вечером с наступлением темноты наступит дубняк. Поэтому, я посчитал, что грамотнее побольше посидеть на финишном костре. Попил морса, съел шикарного супчика, попрощался с костровой бригадой и вышел с костра. Мазь работала, и я не стал даже подмазываться, рассчитывая, что остатков мази хватил на оставшиеся две горки.
По прокатанной лыжне лыжи катили лучше чем утром. Палки по-прежнему глубоко проваливались в снег, иногда больше, чем наполовину. Лыжи нормально работали и позволяли катить на финиш. Солнце, опускаясь к горизонту, спряталось за деревьями. На Селивановском поле вечерние лучи солнца освещали макушки деревьев, а над ними синело зимнее небо. Температура начала быстро опускаться. В лесу иногда раздавался треск деревьев, когда их стволы лопались от холода. С каждым толчком палок финишный костёр становился ближе и ближе. Перед Кочергино меня догнал Ваня, и, когда на кабельной просеке начался не едущий бураний след, он постепенно укатил вперёд. Солнце село, но было светло, поэтому сказочные огоньки, рассыпанные по Тереховской низине, ещё не зажглись. Сюда, конечно же, нужно подъезжать в темноте, чтобы в полной красе наблюдать эту новогоднюю картинку. Днём это обычный населённый пункт, занимающий всю низину речки. Но в ночной темноте он полностью преображается, превращаясь в сказочное царство огоньков.
Вскоре я прикатил к финишному костру. Тёплый приём костровой бригады, возглавляемой Юрой, оказывает чудодейственное влияние. Здесь каждый на своём месте. Не успеешь поставить лыжи, как у тебя уже как по мановению волшебной палочки в одной руке оказывается стакан с морсом, в другой бутерброд с рыбой, а в третьей сырник. Откуда то материализуется Степаныч с дружескими объятиями, Юра с протоколом, Ольга с фотоаппаратом. Тебя маняще зовёт к себе жаркий огонь костра. А на голубом вечернем небе контролирует ситуацию тонкий серп месяца с морозным гало вокруг.
С каждым годом наш финишный костёр становится всё более и более праздничным. Тут различные явства, чай, морс, душевная обстановка, тепло и уют. Уйти с финишного костра на электричку с каждым годом становится всё сложнее, как на закрытии лыжного сезона. Покинуть это волшебное место вынуждает только необходимость не совсем поздно вернуться домой.
Хочется сесть поближе к костру и не уходить от него. У костра, как и в предыдущие годы меня встретил Степаныч. За последние 10 лет сложилась традиция, что он приходит на лыжах к финишному костру и встречает первых приходящих к финишу участников. Есть всё таки что то постоянное в этом непрерывно меняющемся мире. Лыжня не тает! Степаныч не стареет!
Захотелось улечься прямо в огонь, что бы наконец прогреть уставшую от постоянной борьбы с морозом на протяжении всего дня тушку. Но это не наши методы. Начинаю оттаивать, медленно вращаясь относительно костра, как шашлык на вертеле. То, что повёрнуто к костру, перегревается, и в то же самое время то, что повёрнуто к морозильной камере леса, замерзает. Проходит полчаса, организм, как губка, набирает тепла, создаёт его запас, и становится тепло. Наступает ночь, на небе в компанию к месяцу добавляются звёзды. К треску костра добавляются звуки лопающихся от мороза стволов деревьев. Гитара, привезённая костру, не выдержала- у неё начали обрываться струны. Для тех, кто на лыжах приближается к финишному костру, начинаются самые морозные часы. После часового перерыва начинают приходить следующие участники. В этот раз группа лидеров сильно оторвалась от остальных. Время первой пятёрки финишировавших уместилось в пол часа от 17-28 до 18-00. Основный же наплыв участников начался после 8 вечера, когда мы уже покатили в Берёзки к электричке.
Для кого то наша сотня это просто подготовленный лесной маршрут протяжённостью в 100 км, для меня же это гораздо большее.
Сотня это не просто маршрут это связь времён, лесных маршрутов и участников группы Дмитриева на протяжении нескольких десятилетий. Её нельзя представить в другом месте. Для меня обеденный костёр это непременно улыбающийся Славы Венедиктов, заботливо встречающий всех пришедших из леса в этот оазис тепла и уюта. Лыжня вьётся вдоль ручья, приближаясь к Блоковской усадьбе, и я вспоминаю Нину, с ножовкой проделывающую новые более красивые варианты трассы. Она внештатный смотритель сотенной петли, её огромный кропотливый труд вложен в создание нашей трассы. Когда лыжи перестают нормально работать, мне вспоминается Саша Зайцев, который в 16 году прошёл последние 10 километров с лыжами в руках. Тогда был сильный снегопад при околонулевой температуре, сопровождающийся сильнейшим подлипом. Вот Саша, устав очищать лыжи от налипшего снега, снял их, и пошёл на финиш пешком. Приезжая на финишный костёр я вспоминаю Владимира Николаевича Дмитриева и Лёню Романова. Когда я начинал ходить сотни, мне запомнилось, что Дмитриев разжигал финишный костёр и встречал тех, кто приходил к нему первыми. Потом на протяжении многих лет прикатывая к финишному костру, я встречал там Юру с Лёней. Поэтому теперь, когда оказываясь на финише, и вижу там Юру, воображение автоматически дорисовывает рядом с ним стоящего Лёню Романова и они оба меня встречают.
Наша сотенная трасса всегда собирала тех, кому дорога группа, для кого она не является пустым звуком, для кого важны не только личные интересы и достижения, но и само сообщество группы Дмитриева. В субботних походах каждый может пойти своим путём, а сотня это наше общее дело, это то, что нас объединяет. Её можно, конечно же, пройти и без подготовки, в одиночку. И это тоже интересно. Но сотня как коллективное мероприятие, включающее в себя и участников, и костровые бригады, и подготовленную лыжню трассы, и встречаемых на этой лыжне участников, является уникальным неповторимым праздником лыжни, общения и памяти обо всех тех участниках группы, которые на протяжении более 30 лет принимали участие в этом пробеге.
Цивилизация с каждым годом надвигается на леса подмосковья, медленно вытесняя сотенную трассу со старых участков на новые. Мы вынуждены смещать наш сотенный маршрут в более дикие места, уходя от дорог и населённых пунктов. Отдельные участки маршрута менялись. Менялись точки старта и финиша, менялось даже место расположения обеденного костра, но в целом нитка основной части маршрута сохранялась порядка 30 лет. И до сих пор она остаётся одной из самых диких и красивых лыжней подмосковья.
И на Сафроновской, и на нашей сотнях в этом году было мало участников. При этом у Сафроновцев из 32 стартовавших, всю дистанцию прошли только 19 человек, 13 сошло после первого круга. Наша сотенная трасса более дикая, менее подготовленная, с неё сложнее выбраться в случае аварийного схода. Не смотря на это в такую морозную погоду всю нашу дистанцию прошли 35 человек. Ещё 9 участников прошли 2/3 дистанции, причём половина из них и не собиралась идти всю сотню. Обычно после 17 часов с обеденного костра на финиш уходят только отдельные участники. В этом году, не смотря на жуткий холод, с обеденного костра в сторону финиша около 17-30 и позже ушло почти десять участников. Все они успешно достигли финишного костра. И их там ждали!!! Горел жаркий костёр! Финишная костровая бригада оставалась в лесу, пока не дождалась всех, встретила, накормила и напоила! Финишировавшие последними шли по дистанции 14-15 часов, последние несколько часов при морозе за -20, по лыжне, которая на протяжении многих километров представляла собой глубокую траншею в снегу без возможности нормально оттолкнуться палками. Если бы лыжи, на которых мы катаемся, были похожи на наших участников, они бы никогда не ломались!
Протокол сотни https://mail.google.com/mail/u/0?ui=2&ik=209515cc54&attid=0.1&permmsgid=msg-f:1692703786555391723&th=177db1202397beeb&view=att&disp=safe&realattid=f_klldgjc00
Как и ожидалось на первой строчке разместился Авдотьин, вторым ожидаемо оказался Бахвалов, а третьим Бишко. Далее следует массовка из Будникова, Булычёва, Венедиктова и Волковых. В отсутствие Шниперсона протокол замкнул Филькенберг. Благодаря плюрализму и анархизму, царящему в группе, каждый был волен выбирать стартовую электричку, лыжи, мази и, даже точку старта(был разрешён факультативный старт из Некрасовской). Этот же плюрализм мнений возможен и в интерпретации протокола. Каждый волен распечатать свой вариант протокола, в котором может разместить участников в соответствии с понравившимся ему критерием: по приходу на финишный костёр, по грязному времени, по чистому времени, по времени пребывания на кострах….
У каждого из участников пробега своя цель. Кому то важно быстрее всех проехать дистанцию, а кому то нужно просто дойти до финиша. У некоторых участников число пройденных сотен исчисляется десятками, и каждый новый пробег становится очередной скоростной прогулкой по красивой лесной лыжне. А кто то проходит дистанцию впервые, вдруг понимая, что не боги горшки обжигают. Все мы разные, но у нас много общего.
В этом году в эту сложную морозную погоду почти десяток человек впервые прошли нашу сотню. С моей точки зрения решающую роль сыграла качественная подготовка петли, которая очень часто изматывала участников, отнимая у них все силы. В этом году петля оказалась домашней, по ней можно было ехать, наблюдая шикарные виды со смотровых точек. Было бы правильно каждый год готовить трассу петли к пробегу так же, как и в этом году, с тропёжкой под палки и с несколькими прокатами накануне пробега.
Огромное спасибо всем принявшим участие в проведении сотенного пробега. Костровым бригадам огромное спасибо за тот праздник, который царил вокруг костров!!! Спасибо всем, принявшим участие в прочистке сотенной трассы от кустов и деревьев, и всем, тропившим и укатывавшим лыжню.
Надеюсь традиция проведения Дмитриевской сотни надолго сохранится в нашей группе.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment